PROINTELLEKT
PROINTELLEKT

Виртуальная экономика и сюрреалистическое бытие

Автор: Александр Потемкин

Издательство: Издательский Дом "ПоРог", 2000

Редактор: З.А. Басырова

В книге анализируется применение монетаристских методов для разрушения командно-административной системы в России. Особое место отведено становлению и развитию виртуального финансового рынка в стране, раскрываются его важнейшие особенности - построение финансовых пирамид, полное преобладание на рынке иностранного капитала. Подробно рассматривается ход кризиса 1997-1998 гг. и оцениваются меры, предпринятые финансовыми властями для его преодоления. Одна из центральных проблем книги - специфика кризисных событий августа-сентября 1998 г. Предлагаются меры по изменению налоговой системы с целью девиртуализации экономики России и ускорения развития реального сектора. Для специалистов - экономистов, финансистов и других, а также всех, кто интересуется проблемамиреформирования российской экономики. В книге представлены повесть `Бес` и четыре рассказа: `Ностальгия`, `Отрешенность`, `Русский сюжет` и `День русской вечности`. Для широкого круга читателей. 
Данное издание - книга-перевертыш.

В последние годы в мировой научной литературе появляется все больше работ, посвященных важнейшему качественному изменению мировой экономики — приобретению ею виртуального характера. С середины 90-х годов ХХ в. в научных исследованиях все чаще, настойчивее стало уделяться внимание колоссальному росту операций с валютой и ценными бумагами, происходящими вне какой-либо зависимости от развития реального сектора. Ученые и финансисты-практики стали отмечать невиданную до сих пор переоценку акций многих компаний. В некоторых работах в связи с этим анализируется возможность, реальность приближающегося глобального мирового кризиса невиданного доселе размеров.

Сегодня уже появились исследователи в таких, еще вчера казавшихся, экзотическими областях, как развитие Интернет-технологии бизнеса, виртуализация внутренней и внешней торговли, создание и функционирование виртуальных банков, виртуализация домашнего хозяйства. В Стокгольме 60%, а в Вашингтоне 59% населения пользуется Интернет-технологиями.

Впрочем, эти тенденции в экономической литературе имеют два ярко выраженных недостатка. Во-первых, проблемы виртуальной экономики стали изучаться в 90-х годах XX в. как абсолютно новые. Между тем, еще в 80-х годах Дж. Сорос заострил внимание на том, что современная экономика приобретает новые качественные черты, все более отдаляющие ее от традиционного хозяйствования. И, главное, Он предложил тогда теорию, объясняющую характер происходящих перемен, показал, как прогнозировать поведение субъектов рынка в период кризисных явлений. Во-вторых, исследования по вопросам виртуальной экономики почти не коснулись России. Однако, страны, трансформирующие свое хозяйство из планового в рыночное, подверглись виртуализации в не меньшей степени, чем страны с развитым рынком. Более того, именно в России наиболее сильно проявились отрицательные последствия виртуализации в дни кризиса в августе-сентябре 1998 г. Виртуализация экономики России имеет существенные отличия от виртуализации экономики западных стран.

Отсутствие исследований по проблемам виртуальной экономики России и необходимость связать процессы виртуализации народного хозяйства с фундаментальной теорией Дж. Сороса явились для автора основным побудительным мотивом работы над данной книгой.

Главная цель работы: показать, что реформирование российской экономики, начиная с 1992 г., вело ко все большей ее виртуализации, отрыву финансового рынка от реального сектора, дезорганизации денежного обращения и замене рубля долларом, введению виртуальных финансовых инструментов — зачетов, бартера, фьючерсов, разрыву внутрихозяйственных связей с одновременной интеграцией финансового рынка страны в виртуальный мировой финансовый кризис. Причем заостряется внимание на том, что все это делалось российскими реформаторами от Гайдара до Немцова вполне сознательно, концептуально, под руководством и патронажем МВФ.

Виртуальная экономика России рассматривается с позиции теории Дж. Сороса, использование которой позволяет объяснить причины перманентного кризиса в нашем отечестве и показать пути выхода из него.

В книге анализируется применение монетаристских методов для разрушения командно-административной системы хозяйствования в России. Показывается четкая продуманность этого курса. Гайдар, возглавивший реформы, реальных преобразований провести не смог. Зато отпуск цен в нерыночной, государственной экономике привел к колоссальной инфляции, обесценению финансовых ресурсов предприятий и населения, появлению неплатежей как имманентной формы существования народного хозяйства. Концептуальные ошибки реформаторов подготовили почву для безрезультатного экономического обновления и поставили страну в полную зависимость от международных финансовых институтов и диктата МВФ.

Особое место в книге отведено становлению и развитию виртуального финансового рынка. С самого своего зарождения этот рынок развивался в отрыве от производственного сектора и являлся как бы «вещью в себе». В сравнении с западным финансовым рынком российский имел ряд особенностей. Это относится прежде всего к наличию на нем большого числа виртуальных финансовых инструментов — акций АО «МММ», казначейских обязательств, казначейских налоговых освобождений и т.д. и т.п., виртуальных и криминальных операций с ценными бумагами, валютой, кредитами.

Специальный раздел книги посвящен важнейшей особенности отечественного виртуального рынка — его пирамидальному характеру. Анализируются причины возникновения финансовых пирамид, показывается полное преобладание на рынке иностранного капитала.

Одним из важнейших выводов работы является оценка кризиса 1997—1998 гг. как прежде всего внутреннего, подготовленного фундаментальными ошибками реформаторов — создателей финансовых пирамид. В отечественной экономической литературе господствует точка зрения, что данный кризис был вызван событиями на международных финансовых рынках — Юго-Восточной Азии, Корее, Японии и т.д. Я по иному оцениваю эти недавние события.

В книге приводятся многочисленные данные, что к концу 1997 г. ощущался перегрев на всех сегментах финансового рынка России. Достаточно было небольшого толчка, чтобы начался полномасштабный кризис. Таким толчком явились события в Юго-Восточной Азии. Течение событий 1996—1998 гг. некоторым выгодно поставить с головы на ноги. Главной причиной кризиса, по моему глубокому убеждению, является строительство финансовых пирамид, в основе которых лежал спекулятивный иностранный капитал. Мировой кризис явился лишь ускорителем российского дефолта.

В книге подробно рассматривается ход кризиса и оцениваются меры, предпринятые финансовыми властями для его ликвидации. В этой связи акцентируется внимание на роли Центробанка. Показывается, что в 1996—1998 гг. он по сути стал единственным регулирующим органом на финансовом рынке страны.

Центробанк являлся инициатором создания пирамиды ГКО–ОФЗ, а ее крестным отцом был Алексашенко. Главный оператор этими ценными бумагами — Центробанк — сосредоточил в своих руках значительную часть доходов от операций с госбумагами и 100% доходов от операций РЕПО и ломбардного кредитования. За IV квартал 1997 г. им было выдано ломбардных кредитов на сумму около 10 млрд дол. Центробанк проводил политику долларизации страны, создав, с одной стороны, институт нерезидентов, ставших главными игроками на фондовых, валютных, рублевых, фьючерсных площадках отечественного рынка. Результат этой политики сказался достаточно быстро — доллар США стал неотъемлемой частью денежной системы России. С другой стороны, Центробанк всячески препятствовал попыткам расширения выпуска государственных займов, предназначенных для физических лиц. В итоге свободные средства населения вкладывались не в государственные ценные бумаги, а в такую «ценную бумагу», как доллар США.

В условиях разлагающего хозяйственного механизма России и некомпетентного в вопросах экономики и финансов премьера Центробанк приобрел невиданную мощь в отечестве. Его руководство — Дубинин и Алексашенко — сосредоточили в своих руках через монопольное положение в сфере управления денежной системой, кредитами, операциями с валютой, ценными бумагами власть огромную, куда больше чем правительство (что правительство — сам Президент).

Центробанк не пошел на очевидное уже с конца 1997 г. для большинства экономистов постепенное понижение курса рубля, воспрепятствовал замене выведенных из ГКО-ОФЗ средств нерезидентов свободными средствами населения через выпуск новых займов, документарных ГКО и т.д.

Выход страны из кризиса Центробанк видел в получении иностранных кредитов и займов, в том числе прямого кредита в 4 млрд дол. непосредственно Центробанку РФ, и в продолжении привлечения иностранного спекулятивного капитала на рынок ГКО-ОФЗ за счет повышения доходности этих бумаг. Кстати, доходность ГКО-ОФЗ росла только для нерезидентов, для населения России она падала…

Именно такая политика Центробанка в 1996—1998 гг. стала первопричиной дефолта. 17 августа 1998 г. Дубинин и Алексашенко стали инициаторами нашего финансового краха. А ведь необходимость этой меры — отказ платить по долгам — ставится многочисленными экономистами под вопрос. Непонятно, в частности, почему Центробанк не скупил значительную часть ГКО-ОФЗ по невероятно низким ценам. В середине августа 1998 г. за них готовы были получить до 20% от номинала. Более 10% держателей облигаций были бы этому рады. Рынок сразу же бы вздохнул, напряжение спало бы. Страна не лежала бы на боку в коме.

Одной из центральных проблем, рассматриваемых в книге, является специфика кризисных событий августа-сентября 1998 г. Анализируя причины последефолтовского кризиса, многие авторы либо упускают из вида, либо не могут найти ответы на вопрос: почему в течение короткого времени курс доллара подскочил в 4,5 раза, а наличного — даже в 7 раз? Котировки госбумаг упали в 7 раз, курсы акций — в 10—15 раз, цены на некоторые товары поднялись в 3 раза.

Причины и ход кризиса стереотипно детально изложены в научной литературе. Но вот его необычные особенности — фантастическое изменение цен, курсов, процентных ставок — так и не выяснены. Для того, чтобы объяснить причины коллапса на отечественном рынке, я обратился к теории рефлексивности Дж. Сороса. Вводя принципы индетерменизма в экономику, она показывает, что принимающая все более виртуальный характер современная экономика просто не может не выходить из состояния равновесия. Причем, для выхода из кризиса необходимо внешнее вмешательство, прежде всего государственное регулирование — саморегулированием этого достичь невозможно.

На российских примерах доказывается справедливость критики Дж. Соросом монетаристских методов регулирования денежной массы в обращении, показываются результаты проводимой в стране жесткой денежно-кредитной политики. На конкретных примерах обосновывается неправильность использования ряда рекомендуемых монетаристских инструментов регулирования экономикой — денежной базы в широком и узком определениях, расчетного курса доллара и т.д.

В книге используется целый ряд оригинальных предложений Дж. Сороса по стабилизации обменных курсов валют, смягчению бремени внешних долгов, регулированию международных капиталопотоков. Для нас эти рекомендации чрезвычайно актуальны и полезны.

Многие годы я, занимаюсь вопросами развития фондового рынка России. Большой интерес для меня представляют проблемы восстановления и девиртуализации рынка ценных бумаг. В связи с этим анализируется постдефолтовский период его развития и делается вывод о все большей деградации рынка как по обращаемым на нем ценным бумагам, так и по инструментам управления им. В постдефолтовский период наблюдается усиление зависимости отечественного рынка от виртуального фондового рынка западных стран. В связи с этим разработан ряд предложений по санации российского фондового рынка. К ним относятся: кардинальное изменение политики государственных займов, их ориентированность прежде всего на население, на инвестирование в реальный сектор экономики; целостная и взаимосвязанная система мер прямого и косвенного регулирования рынка; совершенствование его инфраструктуры.

Нельзя обойти вниманием и доставшуюся в наследство от прежнего руководства Центробанка проблему привлечения на российские инвестиционные площадки капиталов нерезидентов, разумеется, уже в новом формате взаимоотношений. В работе сформулированы предложения по постепенному обеспечению доступа нерезидентов к российским ценным бумагам с соблюдением мер безопасности.

Хотелось бы, чтобы читатель обратил внимание на рассматриваемую в книге столь специфическую проблему, как депозитная политика ЦБ и Сбербанка. За весь постсоветский период Сбербанк бросало из одной крайности в другую. Вначале — из-за низких процентных ставок — сбережения населения были драматически обесценены. Затем в Сбербанке были введены вклады с помесячной выплатой дохода. Процентная ставка приняла положительное значение, что в значительной мере способствовало снижению инфляции. С 1997 г. Сбербанк вновь вернулся к политике низких ставок…

Схожая ситуация сложилась и с депозитами в Центробанке. В моменты обострения кризиса — особенно осенью 1998 г. — ставки по вкладам юридических лиц возросли, что способствовало быстрому росту депозитных вложений. А с начала 1999 г. Центробанк перешел к политике низких ставок. Результат — финансовые ресурсы юридических лиц стали уплывать с рублевых депозитов на валютный спекулятивный рынок.

Автор разделяет мнение экономистов, считающих, что в настоящее время депозиты — самый мощный финансовый инструмент борьбы с инфляцией и валютными спекуляциями. И в формате этих выводов предлагаются перспективные идеи по совершенствованию депозитной политики.

С точки зрения девиртуализации экономики России и ускорения развития реального сектора рассматривается действующая в стране налоговая система. Анализируются причины феномена 1999 г. — перевыполнение заданий по сбору налогов — событие, невиданное за весь послереформенный период. Показывается, что это произошло за счет резкого роста цен на нефть — основного экспортного товара страны — и повышения ставок налогообложения. В целом налоговая система остается чисто фискальной, лишенной стимулирующей производство направленности. Привлечение значительной денежной массы в бюджет в виде налоговых поступлений обескровливает реальный сектор экономики, замедляет скорость оборота денег. Выход из создавшегося положения видится в облегчении налогового бремени, в переносе основной массы налоговых сборов с производства на потребление. Мысль не новая, но ничего не делается, чтобы поддержать реальный сектор. В книге уделяется внимание специфике налогообложения на финансовом рынке. Попытки увеличения налоговых поступлений с финансового рынка, как правило, приводят к дезорганизации валютообменных, кредитно-депозитных и тому подобных операций. Предлагается изменить систему налогообложения на финансовом рынке, сделать ее в первую очередь стимулятором перелива капиталов механизмами рынка, инструментом его устойчивости.

 

 

Купить бумажную книгу в магазинах:

Купить электронную книгу в магазинах:

КОММЕНТАРИИ

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии